Школа при Институте Богословия и Философии

296-63-17
Санкт-Петербург
ул. Антоновская 16/6
в здании СОШ 531

mail@philoscola.ru

Сергей Исаевич Левин

Денис Звягин

статья

Сергей Исаевич Левин

статья

Сергей Исаевич Левин

интервью 1998 г.

Сергей Исаевич Левин

интервью 1996 г.

Владимир Юрьевич Пореш

статья

Юлия Терехова

статья

Лиза Сочивко

статья

Ян Зарецкий

статья

Виктор Боголюбов

статья

Вика Брятова

статья

Павел Длугач

статья

Наталья Боголюбова

статья

Руфина Муравьёва

статья

Александр Дашевский

анкета

Денис Звягин

анкета

Марина Пономарева

анкета

Наталья Редкова

анкета

Евгения Синепол

анкета

Никита Артемов

Здания школы (статья)

Интервью с Сергеем Исаевичем Левиным (1996)

Сергей Исаевич, когда, кому и при каких обстоятельствах пришла в голову идея создания школы?

Вопрос этот кажется очень простым, но в действительности он в высшей степени сложен. Потому что, с одной стороны, когда вы говорите об «идее создать школу», вы имеете в виду просто мысль, явившуюся у какого-то человека, использовать существующие обстоятельства для того, чтобы реализовать какие-то свои частные или групповые цели. Если этот ваш вопрос понимать так, то я могу ответить на него лишь приблизительно, потому что я не участвовал в создании школы. Эта школа создавалась в недрах общества «Открытое Христианство», в работе которого я то активно участвовал, то отходил в сторону. Именно когда я находился в стороне от деятельности этого общества, летом 1990, группа людей, в центре которой стоял основатель общества, философ и богослов Константин Константинович Иванов (брат Михаила Константиновича — Е. С. ), задумала, воспользовавшись существующими обстоятельствами, создать школу. Насколько я смог разобраться позднее в этой ситуации, проект школы, с одной стороны, вполне соответствовал реализации каких-то частных, приватных планов семьи Ивановых, близких им семей, а с другой стороны, отвечал основной идее общества: диалогу между верующими и неверующими, которую, собственно говоря, и предполагалось испытать во вполне конкретной образовательной деятельности. Можно рассматривать ваш вопрос немного по-другому, если считать, что организация школы является не просто единичным шагом той или иной группы людей, а отвечает задачам, возникающим в неком интеллектуальном круге, круге духовного общения. И именно так следует ставить вопрос, поскольку большая часть преподавателей, начинавших фактическую работу в школе, не были членами «Открытого Христианства» и не имели никаких приватных целей. Их привлекло к работе в этой школе именно соответствие тех возможностей, которые в связи с ней возникали, их идеалам, их творческим фантазиям. В таком случае следует говорить о том, что школа, какой она была при коммунистическом режиме, вызывала величайшее отвращение уже у нескольких поколений учившихся и преподававших в ней. Эта школа порабощала сознание, делала его пассивным. Вместо гуманитарного образования наличествовало образование идеологическое, т. е. нацеленное на то, чтобы приспособить выпускников к тому двусмысленному новоязу, на котором происходило управление обществом. Такая школа требовала коренных изменений.

Кто же именно стоял у истоков нашей школы?

В основном, это те же люди, которые работают здесь и сейчас. Им была интересна эта работа по созданию новой школы, она отвечала их предыдущему интеллектуальному поиску, они делали дело, не имея никаких частных целей. Это Петр Александрович Сапронов, который преподает культурологию с первого дня существования школы. Это Ирина Анатольевна Шин — преподаватель английского, работающая здесь с первого дня. Кстати, она не прекращала работы в Педагогическом Университете, как и Петр Александрович — в институте Профсоюзов. Это, конечно, Любовь Васильевна и Татьяна Николаевна Щипковы, которые и по сей день работают с огромным энтузиазмом. Очень активно участвовал в жизни школы, хотя первое время и не в качестве преподавателя, Владимир Юрьевич Пореш. Были еще несколько людей, которые в дальнейшем в связи со своей профессиональной деятельностью оставили школу, но в первое время были очень для нее важны благодаря своей глубокой заинтересованности. В их числе — Виктор Михайлович Воронков, известный социолог, Константин Константинович Иванов, преподававший историю философии и введение в христианство, и преподаватель математики Виктория Кребс. Эти люди были, можно сказать, ядром школы.

А когда и как появились Вы, Сергей Исаевич? Сейчас школа без Вас немыслима.

Я пришел в школу спустя полгода после ее образования. Меня приглашали и раньше что-нибудь преподавать, но я не имел в то время никакого преподавательского опыта и, после нескольких дней раздумий, смог наработать программу преподавания всего лишь часов на восемь. Поэтому когда мне предложили заняться организационной работой, я с радостью согласился и был первое время очень осторожен в своем преподавании, рассматривая себя в первую очередь как подсобного рабочего. В то время основное внимание я уделял тому, чтобы всем преподавателям было удобно, двери были вовремя открыты, расписание — составлено.

Как происходил набор учащихся, каким образом они привлекались?

По началу я не был участником набора. С одной стороны, имели место всякого рода широковещательные заявления, тогда были возможности выступать на телевидении (представителей «Открытого Христианства» приглашали участвовать в телепередачах), с другой стороны, были люди, которым было необходимо разрешить конкретные проблемы со своими детьми. Эти люди зачастую были полезны. Они помогали с помещением, с учебниками. Но так школа формировалась только один год. Со второго года, когда уже сложился коллектив преподавателей, был только один способ набора — это объявления. Но вскоре и они стали малоэффективными, ввиду того, что те слова, те формулы, которыми пользовались мы, стали общераспространенными. Многие школы стали пытаться привлечь учащихся тем же набором слов (да и много ли слов поместится в рекламе). Однако со временем вокруг школы возник некий свой круг общения, о школе возникла какая-то молва. В рамках этой молвы до сих пор достаточно успешно и формируется состав учащихся.

Как мы стали «школой при Институте богословия и философии»? Как возникло столь тесное сотрудничество?

В начале был договор общества «Открытое Христианство» со 138-й школой об организации классов. В дальнейшем преподавательская группа инициаторов вышла из общества, но к этому моменту, опять-таки в недрах «Открытого Христианства», был создан Институт богословия и философии, поэтому теперь договор был переписан на этот институт. Таким образом, нельзя сказать, что от Института богословия и философии произошла школа при Институте богословия и философии. Скорее наоборот. Хотя, если серьезно, институт — это совершенно отдельное учебное заведение со своими собственными образовательными целями, и он вполне может существовать отдельно от школы, равно как и школа — отдельно от него. Единство, существующее на данный момент, является, прежде всего, единством общения, единством соприсутствия одних и тех же преподавателей.

Как мы оказались именно в этих стенах, которые кажутся уже нескольким поколениям учеников и студентов родными? Ведь известно, что это не первое помещение, в котором довелось работать нашей школе?

Да, до этого мы сменили три помещения. Сюда попали чудом. Попали случайно. Это здание в то время было предметом спора между бывшим физкультурным техникумом, ныне индустриально-педагогическим колледжем, и Духовной Академией. Духовной Академии удалось, в период, когда перераспределялась, скажем так, собственность, «ступить ногой» в это здание, обрести в нем некоторый флигель. Этому были и определенные юридические основания. В дальнейшем на протяжении многих лет эти основания оспаривались, и, в конце концов, тяжба, во всяком случае на сегодняшний день, завершилась победой колледжа. И вот в тот момент, когда этот флигель принадлежал Духовной Академии, они и предложили Институту богословия и философии занять его. Мы произвели здесь необходимый ремонт, косметический, разумеется — на большее у нас никогда не было средств, — но после него здесь стало возможно заниматься.

Кстати, о средствах: содержать школу на те 300 рублей в месяц, которые платит каждый учащийся, мне представляется проблематичным. Известно, что у нас есть французские спонсоры…

Да, это вполне официально, но дело в том, что именно эти 300 рублей и составляют около 60% школьного бюджета. Если деньги расходуются экономно, только на необходимое, то вполне возможно содержать школу, не повышая оплату. Но, конечно, без помощи наших французских друзей организация ее была бы невозможна. Помощь эту нам оказывает Комитет помощи верующим, созданный при организации РСХД. Это организация с огромной историей, появившаяся еще в 20-е годы. Связи с ней были налажены в первую очередь благодаря активности Владимира Юрьевича Пореша и Татьяны Николаевны Щипковой, т. е. людей, уже известных в мире своей деятельностью. В то время, когда иностранная валюта была очень дорогостоящей по сравнению с русской, мы существовали только на эти, достаточно небольшие средства, и даже могли платить стипендию и кормить студентов и школьников обедами. Постепенно о стипендии пришлось забыть, об обедах тоже. Пришлось брать за обучение сначала мизерную, затем все более существенную плату. Сейчас институт и школа получают из Франции около сорока пяти тысяч франков в год, т.е. совсем немного, но, тем не менее, для нас это существенная помощь, за которую мы очень благодарны.

И в заключение, ваше мнение о развитии школы, ее перспективах.

С одной стороны, мне думается, что качество работы школы все время улучшается, потому что сами учителя, хотя многие из них замечательные профессионалы, постоянно учатся. Учатся у учеников. Учатся преподавать, учатся сообщению, учатся тому, как можно заинтересовать учеников. Качество работы улучшается также в связи с тем, что преподаватели все более интегрируются в одно целое, они лучше понимают друг друга, возникает очень важный духовный обмен, создается атмосфера живого, неформального единства. Это не может не влиять и на учащихся, которые уже входят в эту живую, очень активную среду. В этом отношении, на мой взгляд, школа все время совершенствуется. С другой стороны, социальные обстоятельства, социальное развитие, которое можно кратко охарактеризовать как возрождение идеологического авторитарного режима в новых формах, конечно, никак не благоприятствует существованию нашей школы. В первую очередь потому, что учащиеся и их родители все более и более оказываются под социальным прессингом. Они не могут не ощущать некоторой дисгармонии, диссонанса между тем, чем живет эта школа, чему здесь учат и теми требованиями, которые предъявляет гражданам страны общество, с тем, чтобы они приспособились к возможностям, которые обеспечат им рост в их карьере, успех. Здесь совершенно отчетливое несоответствие. Это достаточно серьезная проблема.

Спасибо вам, Сергей Исаевич. Спасибо за интервью и особенно за ваш неоценимый труд, благодаря которому уже более ста человек вспоминают школьные годы с удовольствием.


Беседовала Евгения Синепол (выпуск 1996 г.)

1996 г.

Специально для сайта, редакция предложила всем, кто взаимодействовал или взаимодействует со школой, поделиться своими впечатлениями. В качестве одной из возможных форм преподавателям, ученикам и выпускникам был поставлен ряд вопросов, в ответе на которые можно раскрыть свою позицию.

296-63-17
Санкт-Петербург
ул. Антоновская 16/6
в здании СОШ 531
mail@philoscola.ru